Воспоминая

Воспоминая друзей и коллег

Paul Gilbert (Пол Гилберт)

In memory of Alexander Nikolaevich Bokhanov (1944-2019)

В память об Александре Николаевиче Боханове (1944-2019)

Russian historical science has suffered an irreparable loss. On 14th May 2019, the eminent Russian historian Alexander Nikolaevich Bokhanov died after a long and serious illness. 

Bokhanov was a Professor of History, a specialist in 19th and 20th century Russian history. A graduate of Moscow University, he is a leading scientific researcher of the Institute of Russian History of the Russian Academy of Sciences. After the collapse of the Soviet Union, he began to adhere to monarchical views. 

He was the author of 30 books and nearly 200 articles – in Russian. For Westerners, he is best known as one of the contributing authors of The Romanovs. Love, Power and Tragedy, published in the UK in 1993.

Alexander Bokhanov was the first historian in post-Soviet Russia to write an impartial biography of the last Russian Emperor and Tsar Nicholas II. The book’s publication marked the beginning of his professional study of the life of the slandered Tsar, the rich, tragic and still little-studied era of his reign. In September 2013, Alexander Bokhanov suffered a double stroke, leaving him partially paralyzed. The memory of Alexander Nikolaevich Bokhanov will remain forever in the hearts of admirers of Russian history. Вечная память.

Российская историческая наука понесла невосполнимую утрату. 14 мая 2019 года после продолжительной и тяжелой болезни скончался выдающийся российский историк Александр Николаевич Боханов.

Боханов был профессором истории, специалистом по истории России XIX и XX веков. Выпускник Московского государственного университета, он являлся ведущим научным сотрудником Института истории России РАН. После распада Советского Союза он стал придерживаться монархических взглядов.

Он был автором 30 книг и около 200 статей — на русском языке. Жителям Запада он больше всего известен как один из авторов книги «Романовы. Любовь, власть и трагедия», изданой в Великобритании в 1993 году.

Александр Боханов был первым историком в постсоветской России, написавшим объективную биографию последнего российского Императора и Царя Николая II. Публикация книги положила начало его профессиональному изучению жизни оклеветанного царя, богатой, трагической и пока малоизученной эпохи его правления. В сентябре 2013 года у Александра Боханова случился двойной инсульт, в результате которого он был частично парализован. Память об Александре Николаевиче Боханове навсегда останется в сердцах поклонников истории России. Вечная память.

Официальный сайт Пола Гилберта

Михаил Смолин

Великий портретист русской истории: Александр Николаевич Боханов

Умер по-настоящему выдающийся русский историк. К огромному сожалению, отечественная историческая наука не особенно богата такими крупными исследовательскими талантами, как Александр Николаевич Боханов. Тем печальнее, что столь яркая фигура при жизни не получила должного признания. Научное сообщество не выбрало его академиком, хотя он был значительно более достоин этого звания, чем большинство из тех, кто его получает у нас. Государство не давало его исследованиям никаких премий, его учебники так и не стали главными образовательными пособиями в государственных школах.

Но это и понятно, нет пророка в своём Отечестве, нет и ходу действительно свободному историческому творчеству, не ангажированному состоятельными заказчиками. Особенно в Отечестве, которое пытается то претворить у себя дома безумные идеи марксизма, то отдать историческую науку на откуп русофобу Соросу.

На все эти обстоятельства А. Н. Боханов смотрел абсолютно стоически и спокойно занимался своим делом историка. Подарив нам более 30 монографий и около 200 статей по русской истории — от Царя Иоанна Грозного до Императора Николая Александровича.

Наш русский историк родился 30 мая 1944 года в селе Ново-Братцево Московской области, в семье инженеров-текстильщиков Николая Ивановича Боханова (1913-2004), в будущем Героя Социалистического Труда, директора производственной фирмы шерстяных детских тканей «Подмосковье» Министерства лёгкой промышленности РСФСР, и Зинаиды Ивановны Жуковой.

Александр Николаевич окончил исторический факультет Московского государственного университета. Защитил кандидатскую — «Буржуазные газеты России и крупный капитал: (Конец XIX в. — 1914 г.)» (1977) — и докторскую — «Крупная буржуазия России. Конец XIX в. — 1914 г.» (1993) — диссертации.

Работал ведущим научным сотрудником ИРИ РАН, затем — в Российском институте стратегических исследований.

В 2013 году случился инсульт, и последние пять лет своей жизни А. Н. Боханов мужественно боролся со свалившейся на него болезнью.

Мне посчастливилось быть знакомым с этим человеком, быть издателем двух книг этого выдающегося историка — «Российская Империя. Образ и смысл» (2012) и «Царь Иоанн Грозный» (2013).

Александр Николаевич был блестящим собеседником, великолепным лектором, жёстким полемистом, большим профессионалом, ярким художником исторических описаний.

Как он всё успел? Он никуда не торопился и посвятил свою жизнь любимому делу — исторической науке.

В личной жизни он был спокойным, хотя и эмоциональным человеком, даже с определённой аристократической вальяжностью. Александр Николаевич был очень трудолюбивым и умелым в своей профессии.

Он описал почти всю русскую историю XVI-XX столетий. Вот перечень его некоторых монографий: «Царь Иоанн IV Грозный» (2008), «Борис Годунов» (2011), «Царь Алексей Михайлович» (2013), «Павел I» (2010), «Николай I. Хранитель русских устоев» (2013), «Император Александр III». (1998), «Императрица Мария: Историческое жизнеописание» (2007), «Николай II» (1997, Серия «ЖЗЛ»), «Святая Царица» (2006).

К биографиям царских особ примыкают монографии о фигурах, наиболее оболганных в нашей истории: «Распутин. Анатомия мифа» (2000), «Оклеветанная Анна. Жизнеописание А. А. Вырубовой-Танеевой» (2013).

А были ещё и многочисленные учебники: «История России XIX: программа курса для 8-го класса». (2002), «История России (XIX — нач. XX в.)»: учебник для 8-9 кл. / А. Н. Боханов; Под общ. ред. А. Н. Сахарова (1998), «История России с древнейших времён до наших дней»: учебник / [А. Н. Сахаров, А. Н. Боханов, Шестаков В. А.] ; под ред. А. Н. Сахарова (2012), «История России»: учебник для 10-го класса общеобразовательных учреждений / А. Н. Сахаров, А. Н. Боханов. (2012), «Новейшая история России» : учебник / [А. Н. Сахаров, А. Н. Боханов, В. А. Шестаков] ; под ред. А. Н. Сахарова. (2013).

По этим учебникам учатся во многих школах. В тех школах, где у учителей есть настоящий вкус к высокой истории, а не только к методичкам для подготовки к ЕГЭ.

Его очень не хватает в нашем культурном пространстве. Будучи академическим историком, он не чурался ни полемики, ни популяризации исторических знаний, упорно занимался развеиванием мифов, столь многочисленных в русской истории.

Но любая человеческая жизнь на земле конечна. И мы не можем ни на миг задержать этого выдающегося человека в нашем земном обществе. Он уже целиком принадлежит миру горнему, миру вечности. Но с нами останутся навсегда его земные труды, многочисленные монографии и учебники, по которым новые поколения русских людей будут познавать русскую историю.

Помяни, Господи, душу раба Твоего Александра! И прости ему всяческие прегрешения.

Петр Мультатули

Светлой памяти Александра Николаевича Боханова

14 мая 2019 г. ушел из жизни великий русский историк, великий русский человек Александр Николаевич Боханов. Сейчас еще трудно оценить всю тяжесть этой потери, в полной мере осознать, чего мы лишились с его кончиной. Александр Николаевич сделал великое дело: будучи выдающимся, академическим ученым и глубоким мыслителем, он, одновременно, сумел создать русскую историю «для домохозяек», то есть, стал популяризатором русской истории и это не менее важно, чем научные труды и открытия. Как ученый Александр Николаевич прошел трудный и сложный путь от классического советского историка, до русского историка-монархиста. Освободившись от скверны большевистской идеологии, Боханов, со всей присущей ему страстностью, всем своим талантом, всеми своими знаниями и авторитетом, бился за реабилитацию русской истории. Он создал целую галерею исторических портретов русский царей и императоров, начиная от Иоанна Грозного и, заканчивая Николаем II. Каждый из этих портретов является шедевром строгой исторической науки и одновременно стилистически блестящим художественным произведением. По сути А.Н. Боханов достиг большего, чем Карамзин и Ключевский. И это не громкие слова, и не преувеличение. Ни Н. Карамзин, ни В. Ключевский не смогли создать положительного исторического образа нашего Отечества, ибо оба, при всех своих талантах, были далеки от Церкви и сильно заражены западничеством. Боханов, глубоко воцерковленный православный человек, говорил: «Без Христа, без Православия и Церкви ничего в русской истории понять нельзя». И он бился именно за такое понимание, бился невзирая на нападки, клевету, давление, опасность быть не приглашенным в какие-то «высокие» круги, быть «ненапечатанным», «не понятым» и так далее. Либерал-коммунисты всех мастей и оттенков не могли простить ему ни его православия, ни его монархизма, ни того, что из всех исторических личностей русской истории он более всего почитал Государя Императора Николая II и Государыню Императрицу Александру Феодоровну, постоянно молился им, горячо любил и почитал их. В 1996 г., работая в историческом институте РАН, где в те годы царил зоологический сталинизм, он как перчатку бросил своим оппонентам первую историческую монографию о святом Царе-Мученике, написанную православным человеком, которая перевернула сознание многих в отношении нашего Государя. Красно-розовые никогда не смогли простить ему этого, не могли простить любви к Царю и Царице.

Я помню, когда Леонид Петрович Решетников пригласил А.Н. Боханова на работу в Российский институт стратегических исследований, каким счастливым чувствовал себя Александр Николаевич, наконец оказавшись в кругу соратников и единомышленников! В наших частых и долгих беседах он это постоянно подчёркивал, дышал, как говорится полной грудью. Никогда не забудутся его блестящие выступления на конференциях РИСИ, особенно тем, которые были посвящены проблемам русофобии.

А.Н. Боханов был не только ярким ученым, но и ярким, очень интересным, незаурядным человеком. Всегда с иголочки одетый, он отличался не только огромными познаниями, но и обладал уникальным и тонким  чувством юмора, был блестящим рассказчиком, и не менее блестящим, внимательным слушателем. Он любил жизнь во всех ее проявлениях, ему были абсолютно чужды ханжество, лицемерие и высокомерие. Он снисходительно относился к людским слабостям, но не прощал клевету и ложь о России и Церкви. К таким людям он был беспощаден и не лез в карман за словом, подавляя противников прежде всего своим могучим интеллектом, энциклопедическими познаниями, а самое главное, чувством любви к России, пониманием сокровенных глубин ее души.

7 сентября 2014 г. Александр Николаевич Боханов должен был делать доклад на презентации книжного издательства РИСИ о своей новой работе — книги о Царе Иоанне Грозном. Ночью этого же дня с ним случился сильнейший инсульт. Божьим Промыслом это случилось в день рождения Царя Иоанна. Потом были пять лет упорной борьбы с тяжелым недугом, которую он переносил с редким мужеством и стоицизмом. Господь дал ему пять лет постоянной церковной жизни, исповеди и причастия святых Христовым Таин. И вот вчера его не стало. Александр Николаевич Боханов почил во Бозе в день иконы Пресвятой Богородицы Нечаянная Радость. Какой же надеждой звучат слова Спасителя, сказанные Своей Пречистой Матери о кающимся грешнике: «Ныне прощаются грехи ему Тебя ради. В знамение же прощения пусть лобызает язвы Мои». Мы верим, что Господь простит все вольные и невольные грехи рабу Своему Александру и что он унаследует Царствие Небесное. Мы же, вознося молитвы о нашем друге и соратнике, будем всегда нести в своем сердце его светлый образ, вдохновляясь его беззаветной любовью и благородной верностью Богу, Царю и России.

Елена Козенкова

Его просветили царственные мученики

14 ​мая 2019 г. скончался Александр Николаевич Боханов, советский и российский историк и историограф, специалист по истории России XIX – начала XX веков. Доктор исторических наук, автор школьных учебников по истории, более 30 монографий и около 200 статей.

Этот разговор перед телекамерой с Александром Николаевичем Бохановым я запомнила навсегда. Без него не состоялся бы мой документальный фильм «Государь император Николай II: Возвращение». Для меня было сенсацией всё то, что я услышала от Боханова. Он опрокинул исторические представления, вложенные в мою голову советской школой и Московским университетом.

Шёл 1999 год. По храмам Москвы возили «странную» тогда для всех икону: царь Николай II в одеянии русских царей, со скипетром и державой. Она мироточила, благоухала. А моя группа из программы «Русский Дом» снимала это чудо, к которому мы никак не могли привыкнуть. От иконы происходили исцеления, и люди перед нашей камерой свидетельствовали об этом. Мне казалось, что этот особый, свежий, благоуханный запах от иконы меня сопровождает везде, даже когда я далеко от неё и нахожусь дома или в останкинской аппаратной, где нет окон, а только стены и холодный металл телеаппаратуры.

 Однажды, когда мы монтировали сюжет о новой мироточивой иконе царя, этот запах ясно почувствовали и другие люди. Мне оставалось только рассказывать обо всём этом своему духовнику, иеросхимонаху Иоанну (Казанцеву), так как я, начитавшись святых отцов, остерегалась чудес и боялась впасть в прелесть. А он, перебирая чётки, лишь улыбался в свою белую бороду. Однажды икона замироточила прямо в момент съёмки, на наших глазах… И здесь было больше вопросов, чем ответов. Почему она мироточит? Почему на ней изображён последний царь? Неужели он и вправду свят? Тот самый, о котором нам все говорили, что он «Кровавый»?! И что Небо хотело сказать этим «явлением» образа, привезённого к нам в виде литографической копии из-за границы?

Конечно, мы снимали московских священников – тех, кто решился принять икону в свой храм (протоиереи Александр Шаргунов, Владислав Свешников, Артемий Владимиров, Василий Голованов). Они нам многое объясняли с духовной точки зрения. Но было ясно и другое: эта мироточивая икона, этот образ царя с ясным светлым взглядом словно умолял нас повернуться к родной истории, к трагическим годам революции, к этому рубежу, где не зарубцован кровавый шрам разрыва между исторической Россией и страной Советов… И мы стали искать ответы на вопросы, которых рождалось всё больше и больше. Именно от образа шёл этот посыл – искать ответы. Словно царь обращался к нам: «Да, да, русские люди, я свят, не верьте тому, что обо мне написано и что обо мне говорят, не верьте также, что о моём царствовании говорят, ищите правду обо мне и России, о её пути, это важно, от этого зависит ваше будущее! И ничего не бойтесь, я с вами, с любимой Родиной, мы теперь тоже – ваши заступники!»

Но где же её было найти, эту историческую правду? Не было книг, монографий, царь не был прославлен, шли только разговоры об этом. И мы стали стучаться в двери «исторической науки».

И решающая встреча произошла. Тогда ещё кандидат наук, научный сотрудник Института истории РАН Александр Боханов уже несколько лет работал в открывшихся архивах. Он начинал свой путь советского историка со статьи «Сумерки монархии», но, окунувшись с головой в архивный материал, с которого был снят гриф «секретно», перебирая и вглядываясь в фотографии царской семьи, которые тоже были ещё недавно засекречены, он медленно и верно двигался в направлении той самой исторической правды. Он с удивлением открывал, работая с новым документальным материалом, что «всё было не так», как нам говорили, как нас учили, иногда «совсем не так, когда идёшь к самому материалу!» Он так и сказал мне об этом, этими словами. Он стал неравнодушным исследователем этой темы, он горел и жил ею! Это было видно. Он, безусловно, полюбил государя, он считал его последним христианским правителем в истории, полюбил царскую семью… Возможно, он первый из нас (граждан новейшей истории) понял смысл их жертвы, увидел их венцы, не имея пред собой святых образов с их ликами. Но прежде – он уверовал. Он, советский человек, советский историк (не знаю – был ли он в партии или нет), стал глубоко верующим человеком, православным христианином. Его просветили царственные мученики, через них он был приобщён ко Христу и духовному христианскому миру. Именно это историческое исследование, связанное с личностью Николая II, его семьёй и его эпохой, привело его к православной вере и Церкви. Он так и скажет: «К вере меня привёл государь». Конечно, это его признание осталось за кадром, ведь фильм мы снимали не о нём… А в фильм мы взяли его потрясающие открытия, связанные с личностью царя Николая и его временем. Если вы посмотрите фильм, то увидите, как ёмко и просто, как ярко он сказал о сложнейших вещах, которые требовали разъяснения: Распутин, Ходынка, Кровавое воскресенье, Первая мировая война и, наконец, отречение…

Прошло 20 лет, но разговор об этих «узлах» истории так же актуален, как и тогда. Но сейчас есть новые авторы, написано много книг и песен на эту тему, сняты фильмы – художественные и документальные. А вот тогда ещё ничего не было, ничего! Даже книги, написанные белыми эмигрантами, можно было достать с большим трудом! Боханов был первым. Из историков, из советских историков.

Помню, мы говорили о том, как необходима историческая реставрация образа царя Николая, как он оболган, как терпеливо нужно снимать слой за слоем ту клевету, коросту и грязь, что возникли на портрете царя ещё при его жизни и были усилены в советский период!

Все мы знаем выражение «роль личности в истории». Но чтобы её определить, эту роль, нужно изучить саму личность. Только так можно понять, почему исторически значимый человек действовал, поступал, принимал решения в той или иной ситуации именно так, а не иначе. Вот именно это сделал Александр Боханов. Всё о личности православного царя Николая II – это его вклад в российскую историю. Благодаря трудам Боханова больше нет этого «белого пятна» в исторической науке, и поэтому всё сложнее и сложнее придумывать новую клевету об убиенном царе и его семье или повторять старую. Потому что есть книги и монографии Боханова с неопровержимой доказательной базой. Помню, как на мой вопрос: «Верно ли, что многие действия царя Николая может понять только православный, верующий человек?» – он ответил, что да, безусловно, «или хотя бы находящийся в этой системе координат».

Помню, какой бум произвёл выход нашего фильма (увы, только на видеокассетах, показать его в телевизионном эфире тогда не представлялось возможным). Уверена, что произошло это во многом благодаря участию в нём Александра Боханова. В фильме духовная линия – явление святого мироточащего образа царя Николая в современной России – переплелась с исторической линией, которую «держал» в фильме Александр Боханов. Для многих моих зрителей, так же как и для меня, тогда стало сенсацией многое из того, что поведал Боханов. И все его суждения были строго основаны на фактах и документах. Появление такого учёного-историка было просто необходимо: шла острая дискуссия в Церкви о том, а достоин ли царь прославления (будто бы от этой дискуссии что-то зависело)? Уверена, что первые монографии и статьи историка Боханова на царскую тему, его участие в фильме были как нельзя кстати. Не случайно перед прославлением царской семьи в лике святых прошла серия исторических конференций, организованных РПЦ, и на них активно выступал Боханов.

Потом Боханов понесёт своё новое знание о царе дальше, напишет потрясающие книги, открывшись нам ещё и как человек с литературным дарованием! Многие современные историки считают его книгу «Николай II» лучшей книгой о последнем нашем царе.

Покаяние – это изменение ума. И Боханов участвовал в этом процессе. Его исследование личности Николая II и его эпохи переворачивало в корне сознание о происшедшем – как у отдельного человека, так и у общества в целом. Что может быть важнее? Своими работами и книгами он двигал этот важнейший процесс – покаяние за содеянное в 1917–18 годах прошлого века на уровне общественного сознания.

Мне очень жаль, что имя Боханова (а оно стало мировым, за границей его знали и к нему обращались как к специалисту по русским царям) так и не узнала широкая общественность в нашей стране. Именно он, Боханов, должен был блистать вместо Радзинского в прямых эфирах, «не уходить» с экранов телевизоров, писать сценарии для фильмов… Но видно, время ещё не пришло. Многое из того, что открыл Боханов, ещё не вошло в разряд общеизвестных истин, не нашло места в школьных учебниках. Стало очевидно, что предстоит сражение, Куликово поле XXI века. И видится мне Пересвет от истории (как собирательный образ), готовый сразиться, чтобы сбросить ненавистное иго, – это Александр Боханов и все те исследователи, которым он своими трудами указал направление. Они есть и продолжают его дело. Наверное, он сам счёл бы такое сравнение слишком высокопарным и незаслуженным. Но что делать: каждому из нас выпадает свой жребий от Бога, и нам, грешным людям, приходится соответствовать и подчиняться этому Промыслу Божию о каждом из нас.

Да, он прошёл путь от советского человека до православного, от советского историка до учёного – как представителя русской православной цивилизации. И это самое главное. Думаю, что примерно такой же путь должна проделать и вся страна. Для этого он нам оставил свои труды и книги. И только тогда мы можем ещё на что-то рассчитывать.

Помолимся о нём, братья и сестры! Святые Царственные мученики, помолитесь там, на Небе, о рабе Божьем Александре, примите его под свой молитвенный покров, да простит Господь все его согрешения – вольные и невольные – и упокоит его душу в селениях праведных!

Евгений Пчелов

ПАМЯТИ АЛЕКСАНДРА НИКОЛАЕВИЧА БОХАНОВА

Скорбная новость… Скончался выдающийся историк, великолепный специалист по русской истории XIX — нач. XX веков, доктор исторических наук Александр Николаевич Боханов (1944–2019), тяжело болевший последние годы…

Непросто писать о нём. Слишком многим я обязан ему. Нет необходимости перечислять книги и заслуги — достаточно сказать, что первая объективная книга о последнем царствовании в современной нашей историографии — «Сумерки монархии», вышедшая в 1993 году, была написана им. А потом вышла его биография Николая II, опубликованная в серии «ЖЗЛ». Она тогда произвела эффект разорвавшейся бомбы. Я прекрасно помню, как скрежетали зубами некоторые коллеги по Институту российской истории РАН, которые по самой сути своей были и оставались глубоко советскими людьми… Это сейчас все налево и направо с придыханием возглашают: «Государь…», а тогда до государя было ой как далеко, а говорить об этой личности, об этой эпохе начинал именно Александр Николаевич. Да ещё немногие осмеливались.  Я познакомился с ним практически сразу, как только пришёл в институт. Тогда я начинал серьёзно заниматься историей и генеалогией Романовых, и Александр Николаевич горячо поддержал меня. Он даже написал предисловие к одной из моих книг, а потом мы часто обменивались своими книгами, и его замечательные дарственные надписи навсегда со мной. Он был очень яркий, неординарный и заметный человек. Для меня вместе с Дилярой Ибрагимовной Исмаил-Заде (с которой они дружили) и Александром Георгиевичем Кавтарадзе он был самым запоминающимся человеком в институте. Как-то вместе с Александром Георгиевичем мы сбежали из отдела в институтский буфет, и вдруг туда пришли А.Н. и Д.И. и сели за соседний столик. Минута — и началась феерическая беседа, а я поймал себя на мысли, какой я счастливый: в компании самых эффектных людей в институте и почти на равных (хотя, конечно, нет) с ними. А теперь уже никого не осталось, все они ушли… Александр Николаевич любил жизнь, он был всегда позитивен, остёр, точен и сибаритен в самом хорошем смысле этого слова. «Женя, больше жизни!» — нередко подбадривал он меня. Его слова, его высказывания нередко можно было использовать как цитаты. Такими же яркими были и его книги, писал он великолепно. Конечно, в последние годы он обратился к темам, весьма неоднозначным и не слишком профессионально близким для него. Мне многое казалось в его творчестве этого времени излишним, с чем-то согласиться было невозможно, но читать всё равно было интересно всегда. У него были академический флёр и несоветский шарм, и даже в компании уже других людей, иной, не особенно мне близкой идеологии, он всё равно оставался самим собой — не узким, ограниченным и зацикленным, а свободным и самостоятельным. Взгляды могли разниться, но человеческий масштаб оставался всегда велик. 

Спасибо Вам, дорогой Александр Николаевич, за всё!